Как правда в деталях пряталась

• было дело
• Рязанская область
• телесные повреждения
• вред здоровью
• тяжкий вред здоровью
• убийство
• расследование
• суд
• приговор

Что самое трудное в раскрытии преступления, когда нет явных следов? Нет, не нехватка улик, а ощущение, будто правда растворилась в воздухе, а тебе нужно её установить… 1987 год. Мне, старшему следователю прокуратуры Рязанской области, поручили возглавить спецгруппу, созданную в регионе для выявления виновных в умышленных убийствах, совершённых в условиях неочевидности. Помимо наших сотрудников, в неё вошли оперативники уголовного розыска.

ЧП в Кадоме

Я только успел прочитать приказ о назначении, как поступило сообщение об обнаружении трупа молодой женщины в сарае асфальтового завода в посёлке Кадом. На место преступления мы выехали с офицерами милиции Александром Богачевым и Алексеем Савиным.

Судебно-медицинский эксперт установил: у девушки сломана подъязычная кость, последовавший за этим повреждением отёк горла привёл к асфиксии и остановке дыхания. Налицо был и мотив преступления: разорванные американский джинсовый комбинезон и нижнее бельё. На оголённых бёдрах и животе кровоподтёки, характерные для следов пальцев. В таких случаях, чтобы установить преступника, прежде всего надо выяснить личность погибшей. А это оказалось непросто.

Никто из рабочих завода её не опознал. Ничего не смогли сказать и местные жители. Решили действовать через молодёжь. В посёлке имелось училище, где девушки познавали премудрости знаменитой кадомской вышивки. Именно туда и принесли изъятый американский комбинезон. В то время такая одежда являлась дефицитным товаром, о котором модницы могли только мечтать.

Наш ход оказался верен. Одна из учащихся вспомнила, что на телефонном узле связи звонила матери и видела парня с «синей рукой». С ним находилась спутница в похожем комбинезоне, она зашла в будку раньше. Быстро установили, что вызов был сделан на московский домашний номер. На него и перезвонили.

Женщина на другом конце провода рассказала, что в Кадоме со своим парнем Александром Пириковым живёт её дочь Надя Дыбенко, вместе с ней и сын от предыдущих отношений. Мать Надежды срочно доставили в посёлок. В морге она опознала дочь.

Синяя рука

Дыбенко было всего 19 лет. Она покинула Москву и приехала в Кадом к любимому – тому самому Александру Пирикову. Её не смутило, что он недавно отбыл наказание в местах лишения свободы, из-за судимости путь в столицу на ближайшие несколько лет ему был заказан. Мужчина работал на пилораме, жил в стареньком доме. Но с милым и в шалаше рай.

Александра пригласили в прокуратуру. Обратили внимание на его правую кисть – тыльная сторона была полностью татуирована. Та самая «синяя рука»? Услышав о смерти Надежды, парень, казалось, от горя буквально впал в ступор. Сообщил, что возлюбленная поехала в Москву навестить мать. На попутной машине планировала добраться до станции Сасово, а оттуда поездом до столицы. Кадом – тихий посёлок, беды ничего не предвещало, поэтому он был спокоен за девушку.

Одновременно на причастность к злодеянию проверялись местные жители, в том числе Александр Пириков. Каждый вечер, обсуждая итоги дня, мы пытались выстроить правильную версию, которая привела бы к разгадке преступления.

Рассматривая предположение об убийстве Нади возлюбленным, споткнулись о несколько фактов. Они говорили о том, что Александр не имеет отношения к гибели Дыбенко. Во-первых, между жилищем Пирикова и местом обнаружения Надежды значительное расстояние. Дом находился на крутом берегу реки, подъезд автомобиля или мотоцикла невозможен, а доставить тело до асфальтового завода без транспортного средства никак не получится. Перенести на руках или спине – тоже неисполнимо, да и люди могли увидеть. В случае убийства проще бросить труп в речку. Кроме того, зачем Александру насиловать любимую женщину? В общем, абсурдность этой версии была налицо. И лишь полученный за годы службы профессиональный опыт позволял нам интуитивно двигаться вперёд.

Показания Пирикова подтвердил сосед Виталий Курпатов. Но чутьё подсказывало: тут что-то не так! Надежда оставила малолетнего сына возлюбленному, а у того не было времени присматривать за ребёнком – к восьми часам следовало идти на работу. Дыбенко не взяла с собой необходимую одежду. Тоже нелогично.

Мы пошли ва-банк, задержав в качестве подозреваемых Александра Пирикова и его приятеля Виталия Курпатова. Понимал, что на этом этапе доказательства их вины в убийстве отсутствовали. В распоряжении было всего трое суток, положенных по закону. За это время я должен доказать виновность задержанных либо, извинившись, их отпустить. Подозреваемых доставили в изолятор временного содержания Кадомского РОВД.

Оперативная игра

Время шло, доказательств не прибавлялось. Молодые люди на допросах твердили, мол, ошибаетесь, к преступлению они непричастны. Ни одного прокола, ни одной нестыковки в ответах. И тут до нас дошло: ИВС маленький, всего несколько камер. Пириков и Курпатов размещены по крайним. В камеру между ними на ночь поместили одного из сотрудников милиции. К утру он доложил: «Пириков и Курпатов перекрикиваются и согласовывают ответы следователю». Значит, чего-то боятся.

Курпатов начал давать правдивые показания. Оказалось, к смерти Надежды причастен Пириков. В тот день они поругались, девушка оставила Александру на попечение сына и рано утром пошла к дороге, по которой ездили машины на Москву. Трасса проходила мимо асфальтового завода. Пириков догнал Дыбенко и просил вернуться. Когда понял, что уговоры не дают результата, ударил ребром ладони по горлу, что привело к перелому подъязычной кости. Надя упала на землю и впоследствии умерла. Пытаясь отвести от себя подозрения, Александр перенёс тело в сарай завода, где имитировал изнасилование: разорвал на погибшей одежду, оголил тело, нанёс в нужных местах травмы, в результате которых появились кровоподтёки.

Очная ставка

Получив такие показания, мы попытались разговорить Александра. Но тот всё равно не шёл на контакт со следствием. Время неумолимо бежало вперёд. До истечения срока задержания оставалось 10 часов. Решили устроить приятелям очную ставку. Но к ней готовились не только право­охранительные органы, но и Пириков. С помощью имеющегося компромата и путём психологического давления он хотел заставить Курпатова отказаться от показаний. Предполагая, что такое может случиться, действовали на опережение. Когда конвой завёл подсудимого в следственный кабинет, Курпатов уже находился там. Сразу же был включён магнитофон, который беспристрастно записывал каждое слово участников очной ставки. Тут уж было не до давления на приятеля. Пока Пириков лихорадочно думал, как поступить, Виталий озвучил обличающие показания. Пириков махнул рукой и сдался.

Потом мы продолжили некую тактическую игру. Александру было интересно понять, какие детали преступления узнал следователь. Я вызвал его и объявил, что обвинение готово, но окончательный вариант для объективности можно составить с его участием, вдруг в чём-то есть неточность. Мужчина согласился. Вместе стали построчно изучать фабулу. Оглашая предложение, я спрашивал, не ошибся ли, так ли происходило на самом деле. С каждой строчкой фигурант либо соглашался, либо просил её переделать. Было необычно писать обвинение вместе с будущим обвиняемым, но такое «литературное творчество» увлекло обоих.

Разумеется, предстояла работа по сбору других доказательств. Учитывая, что дело такой категории по закону должна была заканчивать милиция, оно было передано следователю УВД Рязанской области Николаю Кузнецову. И через несколько месяцев преступнику вынесли справедливый приговор.

Имена и фамилии фигурантов уголовного дела изменены.

Вернуться в раздел