Под влиянием «четвёртой власти»
Среди министров внутренних дел Российской империи было немало замечательных людей. Один из них - генерал-адъютант Михаил Лорис-Меликов - этнический армянин, родившийся в Грузии и всю жизнь служивший России. Он разделял либеральные ценности, которые, на его взгляд, способствовали развитию и укреплению государства.
Покоритель Кавказа
Родился Лорис-Меликов в Тбилиси в октябре 1825 года в дворянской семье, с XVI века владевшей правами на город Лори и одноимённую область. В 11 его определили в Лазаревский институт восточных языков в Москве. Однако спустя пять лет проявившего неукротимый характер юношу отчислили за мелкое хулиганство. После этого, в 1841-м, он поступил в привилегированную школу гвардейских подпрапорщиков и кавалерийских юнкеров в Петербурге. В столице он близко сошёлся с тогда ещё мало кому известным Николаем Некрасовым. Их объединила не столько любовь к поэзии, сколько к запрещённому вольнодумству, которым почти поголовно увлекалась тогда молодая элита.
В августе 1843 года новоиспечённый корнет получил назначение в лейб-гвардии Гродненский гусарский полк, дислоцировавшийся в Польше. Там Михаил прослужил четыре года. В то время шла затяжная Кавказская война, где лилась кровь, совершались подвиги, за которые давались чины и награды - удел и мечта всех молодых офицеров. Корнет, тяготясь гарнизонной службой в тихой тогда Польше, владея языками горцев и хорошо зная их обычаи, подал рапорт о переводе. Начальство пошло навстречу, и с 1847 года поручик Лорис-Меликов откомандирован в распоряжение главнокомандующего Отдельным Кавказским корпусом князя Михаила Воронцова. Здесь молодой человек находит себя и, отдавшись в руки дикой стихии, проявляет лихость, храбрость, участвуя в постоянных боях и операциях. Не обходят его чины и награды.
С началом Крымской войны горцы активизировали свои действия, осуществляя набеги на прикордонные мирные аулы и казачьи станицы. В ответ командованием Кавказского корпуса был сформирован отряд под начальством князя Александра Барятинского, куда получил назначение и наш герой. Позже его перевели на турецкую границу для непосредственного участия в войне с турками, где он снова блестяще проявил себя. Пиком его карьеры в этой кампании стало участие в штурме и взятии крепости Карс, комендантом которой и начальником прилегающей области он был назначен.
В 1863 году Михаил Тариэлович занимает должность начальника неспокойной Терской области, одновременно становясь наказным атаманом Терского казачьего войска с присвоением чина генерал-лейтенанта. После пленения в 1859-м лидера кавказских горцев Шамиля - самое время заняться умиротворением Северного Кавказа. И граф Лорис реализует на практике много лет складывающийся в его голове план приведения новообращённых подданных Русской короны в соответствие с проводимыми в этот период в стране реформами Александра II. Освобождает горцев от феодальной зависимости от местных князьков, открывает сеть школ и училищ, повсеместно внедряет общероссийскую судебную систему.
Не попал в чёрный список
К 60 годам, основательно подорвав здоровье, Лорис-Меликов просится в отставку. Получив её, в чине генерал-адьютанта убывает на лечение за границу. Однако скоро начавшаяся очередная война с Османской империей за освобождение братских балканских народов (1877-78 гг.) потребовала его возвращения на Кавказ, где он возглавил специально сформированный армейский корпус. В этой должности Михаил Тариэлович добился значимых побед, взяв крепости Ардоган, Карс (второй раз!) и пленив до 25 000 солдат и офицеров противника.
В 1879 году в Астраханской губернии вспыхивает эпидемия чумы. Графа Лорис-Меликова, назначив временным губернатором Нижнего Поволжья, направляют на борьбу теперь уже с чёрной смертью. Для этого из казны выделяют неслыханную сумму - до четырёх миллионов рублей. Учитывая, что меры начали предпринимать ещё до его назначения на пост, он смог быстро локализовать очаг заболевания, сэкономив при этом львиную долю государственных средств.
Лорис действовал, как всегда, решительно, нагнав страх на немногочисленных в Харькове «народников». И тут в его, казалось, непробиваемом, закалённом характере сурового воина стала проявляться слабинка. Он старался понравиться обществу, для чего привлекал на свою сторону набиравшую силу прессу. Откровенно заигрывал с журналистами, искал знакомства с редакторами. В итоге ему удалось снизить накал революционных страстей в Харькове, завоевав не только популярность у граждан и газетчиков, которые расхваливали его на все лады, но и доверие у читавшего прессу венценосца. Удивительно, даже беспощадные террористы из «Народной воли» не стали включать его в чёрный список, поддавшись влиянию «четвёртой власти».
В плену обольщений
В феврале 1880 года в Зимнем дворце совершён очередной теракт народовольцев - прогремел взрыв в царской столовой, где только по счастливой случайности не оказалось августейшей семьи. Это вызвало настоящую панику не только в столице, но и отдалось гулким эхом по всей стране. Не на шутку перепуганный Александр II создаёт чрезвычайный орган - Верховную распорядительную комиссию по охране государственного порядка и на роль её председателя назначает Лорис-Меликова, наделив практически диктаторскими полномочиями. Ему были подчинены в том числе МВД, полиция и III Отделение Канцелярии Его Величества (аналог ФСБ). Одним из первых шагов графа стала ликвидация последней, как «проморгавшей» теракт в Зимнем. Царём тем временем рассматривался вопрос о возвращении прежде бывшего Министерства полиции, а в либеральных газетах развернулась дискуссия о переподчинении ведомства органам земского и городского самоуправления.
Диктатором Лорис был оригинальным. Считая, что опасность исходит от горстки отщепенцев, которых надо просто переловить и перевешать, он противился повсеместному закручиванию гаек, чем сразу вызвал восторг в кругу свободолюбивых либералов и прессы - так называемого общественного мнения, на которое ориентировался.
Пресса возносила графа до небес, назвав проводимые им меры «диктатурой сердца», что льстило «старому солдату», возомнившему себя спасителем Отечества ещё и от врага внутреннего. В своих экспериментах по борьбе с революционной крамолой он пошёл ещё дальше, начав отменять цензуру на печать, надеясь этим ещё больше привлечь на свою сторону и сторону правительства общественность. Он был сторонником теории, что пресса в России не просто отражает общественное мнение, но и формирует его, с чем трудно поспорить. Начинают выходить не только прежде запрещённые издания с революционным «душком», но и новые, либерального толка - например, газета с характерным названием «Гласность». В ней осторожно критиковался радикальный «революционный социализм» и оправдывался социализм вполне научный, способствующий всеобщему прогрессу. Чем всё закончилось, мы сегодня знаем точно, но тогда это читалось смело и звучало вызывающе.
Прекраснодушный диктатор
Не убедило незадачливого диктатора в ошибочности выбранного им пути и покушение на него в феврале 1880 террориста Молодецкого, который был признан сумасшедшим одиночкой и казнён. Всего же за 16 месяцев пребывания Лориса во главе комиссии в России прошло 32 политических судебных процесса, вынесено 18 смертных приговоров. Этого казалось ему достаточно, ведь, по мнению графа, революционное подполье уже дезорганизовано и одновременно… очаровано его гениальными мерами. Он был фанатично увлечён своими прожектами по переустройству России. Входя всё больше в доверие к царю-реформатору, Михаил предложил государю комплекс мер по дальнейшей либерализации общества, получивших у историков название «Конституция Лорис-Меликова».
В том же месяце царь назначает его на пост реорганизованного МВД, куда вошёл Департамент государственной полиции с влитыми в него бывшими сотрудниками III Отделения. Тогда же появилось в ведомстве и новое подразделение - Судебный отдел. Следующим шагом стало сокращение Центрального аппарата министерства - ещё один ход, поддержанный СМИ.
Но все благие намерения министра разбились о страшный факт - убийство царя, которое произошло 1 марта 1881 года, за день до подписания им меликовской конституции, дарующий народу очередную порцию свобод. Александр II пал жертвой своих подданных при благодушии должностных лиц и умилении околдованного реформами так называемого общественного мнения. В защиту нашего героя следует сказать, что он не советовал царю в эти дни появляться на улице, но тот больше доверял другим словам любимого министра. Вернуться в раздел
Читайте также
