1513

Там птицы не поют

АВТОР: Мария Морозова
ФОТО: из личного архива Валерия Репина

Непосредственные участники чернобыльских событий 1986 года не слишком многословны. Трудно в красках рассказывать о трагедии, которую им выпало пережить. В числе ликвидаторов аварии - полковник милиции в отставке Валерий Репин, возглавлявший когда-то Госавтоинспекцию УВД по г. Абакану.

- В 1986 году я в звании капитана милиции служил в УВД Донецкого облисполкома начальником автохозяйства, - начинает свой рассказ Валерий Репин. - Когда случилась авария, нам ничего не сообщили. Мы догадывались: что-то произошло, но не знали, что именно. Слухи передавались шёпотом, и лица у людей сразу стали мрачные, наполненные тревожным ожиданием. Отсутствие объективной информации порождало нервозность и даже страх.

Первое официальное сообщение было сделано по телевидению спустя два дня после трагедии – 28 апреля. Довольно скупо диктор сказал о факте аварии и двух погибших. Об истинных масштабах катастрофы стали информировать позже.

11 мая по команде из МВД Украины Валерия Репина откомандировали в Киев. Впрочем, и сам молодой милиционер рвался в опасную зону, но приказ оставался приказом. Ему велели перегонять колонны новых спецавтомобилей с автозаводов СССР для МВД Украины.

2 июня 1986 года Репина назначили на должность начальника автослужбы штаба тыла МВД Украины в Чернобыльской зоне. В его задачи входило обеспечение перевозок личного состава милиции, работавшего в 30-ти и 50-километровой зонах отчуждения, и сотрудников штабов МВД СССР и Украины, располагавшихся в Чернобыле. Также он отвечал за ремонт транспорта, смену водительского состава согласно нормам разрешённого времени нахождения в зоне заражения.

- На самом деле это было страшно, - признаётся ветеран. - Казалось, здесь не поют птицы и воздух какой-то тяжёлый. Постоянно чувствовалась сухость во рту и слабость, но мы об этом не думали, а просто выполняли служебный долг. Медперсонала, который бы следил за состоянием нашего здоровья, я не видел, да и не до того было врачам: все силы бросили на борьбу за жизнь пожарных, которые тушили разрушенный реактор в первые часы катастрофы.

По словам ликвидатора, никто из его сослуживцев не осознавал масштаб произошедших событий. Все чётко выполняли возложенные на них обязанности: организовали посты в 20 и 50 километрах от Киева, где осуществлялся пропускной режим, а в 30-километровую зону заражения попадали только по спецразрешениям.

Одно из ярких воспоминаний полковника милиции в отставке - вывоз грунта с территории, приближëнной к атомной станции. Его вывозили, чтобы обеззараживать, но взятые пробы показали, что сделать это невозможно. Тогда землю начали обрабатывать спецраствором. Особенно тщательно поливали дороги, по которым к зоне заражения привозили специалистов.

Ликвидаторы работали поочерёдно: через определённое время одни уезжали, а на их место прибывали другие. Смена Валерия Репина продлилась до 27 июня 1986 года. После этого его и тех, кто прибыл в Чернобыль вместе с ним, направили в поликлинику для проведения обследования. Делали анализы, проверяли дозиметрами, находили заражённые вещи: у кого - ремень, у кого - туфли. Предметы изымали и уничтожали.

Сейчас Валерий Владимирович бодр, активен и с удовольствием работает на приусадебном участке. О чернобыльских событиях вспоминать не любит, но на вопросы о тех днях всё же старается отвечать.

- Потому что человеческая трагедия и подвиг ликвидаторов не должны быть забыты, - считает Валерий Репин.

Вернуться в раздел

Читайте также

Милицейская волна